Меня воспринимают там [в Киеве] больше не как российского посла, а как Черномырдина.
Мы продолжаем то, что мы уже много наделали.
Если поймем, что нужно работать, тогда, я думаю, вреда особого не будет и не так уж много потеряем.
А кто пытается мешать – о них мы знаем в лицо. Правда, там не назовешь это лицом.
Многое может сбыться. Сбудется, если не будем ничего предпринимать.
Это глупость вообще, но это мне знакомая песня.
назад